Риски. В наши дни как финансовые, так и товарные рынки все чаще стали подвержены более сильным колебаниям. По этой причине начинает возрастать значение трейдеров, которые оперируют большими денежными суммами. К каким последствиям это может в итоге привести? Давайте вспомним наиболее интересные истории.
Хитрец по фамилии Лисон.

Наверное, наиболее скандально известным трейдером современности считается Ник Лисон, простой сын штукатура из Уотфорда, английского городка. В начале 1990-х годов Ник Лисон работал в банке Barings и приносил баснословные доходы, трудясь трейдером на международной валютной бирже в Сингапуре (Singapore International Monetary Exchange). Например, прибыль, заработанная им в 1993 году на валютных операциях, была равна сумме в 10 млн. фунтов стерлингов, составляя, таким образом, десятую часть от всей годовой прибыли банка. «Всеми нами руководила одна-единственная идея — как увеличить прибыль... Я тогда был настоящей восходящей звездой», — позже напишет Ник Лисон в книге о своей жизни. Спустя еще два года Ник приведет банк, основанный в 1762 году сэром Фрэнсисом Бэрингом, к полному краху.

В 1994 году случилось начало «конца», когда убытки равнялись уже миллионам фунтов стерлингов. К тому же землетрясение в японском городке Кобе подлило масла в огонь. И уже к осени того года убытки компании равнялись 208 млн. фунтов стерлингов. Лисон на тот момент имел в своем распоряжении обширные открытые позиции по опционам и фьючерсам на индекс Nikkei 225, а также японские государственные облигации. Находясь на самом пике рыночной активности, Ник осуществлял контроль примерно над 49% открытых позиций по контрактам марта этого года на Nikkei 225 (молодой финансист делал ставку на то, что этот индекс не должен упасть ниже показателя в 19 000 пунктов). Уповая на то, что фьючерсы на японский индекс пойдут вверх, и он сможет вскоре отыграть понесенные убытки, Лисон запросил у руководства дополнительное финансирование. Владельцы банка удовлетворили его просьбу, однако в 1995 году, в феврале, банк приступил к внутреннему расследованию. В ходе расследования было установлено, что все потери Ник Лисон «прятал» на отдельном счете, у которого был почти мистический номер 88888. Аудиторская проверка продемонстрировала, что потери банка достигли величины в 800 млн. фунтов стерлингов.

После всего этого Лисон подался в бега. Позже его задержали в Германии, откуда он был экстрадирован обратно в Сингапур. В ходе судебного заседания Ник Лисон был признан виновным, получив обвинение в мошенничестве, по решению суда был вынесен приговор — 6,5 лет заключения под стражей. Беда не приходит одна: после этого жена Ника Лисона оставила его, и к тому же ему был поставлен страшный диагноз — рак.

В настоящее время 38-летний Ник Лисон проживает в Ирландии, его заболевание полностью удалось излечить, а недавно он начал работать в должности финансового менеджера в местном футбольном клубе под названием Galway United. Рассказывают, что при особом желании с ним вполне можно поговорить в течение обеденного перерыва в одном из местных кафе. А вот прославленного банка с названием Barings теперь больше не существует. Голландская корпорация ING за символическую сумму в 1 фунт стерлингов выкупила его в 1995 году.

Финансовые харакири.

Трейдер Ясуо Хаманака из Японии не обанкротил свой банк, однако он сумел потерять сумму, которая была вдвое больше. Он был трейдером в японской компании Sumitomo, под контролем которой находилось 5% рынка меди. Хаманака обладал 23-летним стажем работы на финансовом рынке, а также безупречной репутацией и авторитетом в своей родной компании. В общем-то, практически никто, кроме его самого, не осуществлял контроль над операциями на медном рынке, которые проводились Sumitomo.

На протяжении долгих лет деятельность этого трейдера, которого прозвали «Мистер 5%» у руководителей японского банка не вызывала никаких подозрений. Очень часто он задерживался на работе до глубокой ночи, ожидая пока закроются рынки в Нью-Йорке и Лондоне. Руководство компании видело в нем исключительно профессионала и настоящего трудоголика, но, что самое главное, — трейдера, который, пускай только на бумаге, но демонстрирует высокую прибыль. Руководителей банка даже не насторожило то обстоятельство, что в начале 90-х годов на Лондонскую биржу металлов обратился один из трейдеров, который жаловался на деятельность трейдера Ясуо Хаманака. Это сообщение каким-то образом просочилось в прессу, однако ни один уполномоченный орган не стал предпринимать должных действий.

На протяжении 10 лет у него получалось подделывать документацию. Он вел двойную бухгалтерию, а именно: в одном журнале он показывал прибыль, в другом фиксировал ущерб, который к лету 1996 года – моменту разоблачения – равнялся $1,8 млрд. Через три месяца убытки насчитывали порядка $2,6 млрд. Правда, в отличие от банка Barings этому японскому гиганту, общие активы которого насчитывали $50 млрд., не грозило банкротство.
В декабре 1995 года началась история разоблачения афериста, тогда американская Commodity Futures Trading Commission и британский Securities and Investments Board обратились к Sumitomo с предложением о сотрудничестве для обнаружения на рынке подозрительной ценовой манипуляции. Компания выразила свое согласие, а чуть позже приступила к собственному внутреннему расследованию. И в мае того же года один из аудиторов компании рассказал о подозрительной сделке, которая была проведена через один из иностранных банков. Объем этой сделки был достаточно незначителен, но обнаруженные следы привели к Ясуо. И 5.06.1996 года горе-трейдер в подробностях открыл свою двойную бухгалтерию. А спустя еще две недели президенту Sumitomo пришлось отчитываться перед журналистами.

Благодаря действиям Ясуо Хаманака в течение длительного периода времени цены на рынке меди держались на достаточно высоком уровне. Конечным результатом стало то, что отдельные добывающие корпорации приступили к разработке новых медных месторождений, на которых была высокая себестоимость добычи.

Всего за год до того, как случилась история с компанией Sumitomo, благодаря Тошихиде Игучи, другому японцу, трейдеру на рынке бумаг с фиксированной доходностью в американском подразделении Daiwa Bank, в течение 10 лет его работодатель недосчитался $1,1 млрд. К тому же банку пришлось заплатить еще $340 млн. в виде штрафа различным американским регулирующим инстанциям. Причем первоначально Daiwa Bank старался укрыть от властей эту неприятную историю. В конечном итоге, кроме штрафа, банк Daiwa был вынужден полностью прекратить на американском рынке все операции.

Ирландская Америка.

Логично было бы думать, что после истории с Sumitomo и крушения Barings мировые финансовые структуры должны были сделать определенные выводы. Ан нет!. Allfirst Financial, являющаяся американским подразделением банка Allied Irish Bank (AIB) из Ирландии, в январе 2002 года выявил в отчетности недостачу, размер которой составил $692 млн. В этой ситуации схема была несколько другой. Трейдер не стремился к тому, чтобы усреднить позицию или «поймать дно». Была разработана схема хеджирования на рынке Forex открытой позиции посредством использования опционных схем. Так, продажа валютной пары USD/JPY, в частности, была застрахована от возможного ослабления иены. По сути, так и должно было произойти, но возникло одно обстоятельство. В реальности не были куплены никакие опционы. Опционы забыл купить кто-то или даже группа лиц, оставив, тем самым, открытую позицию практически совсем «голой», а именно, незахеджированной.

Когда все перечисленные факты выявили, уже было довольно поздно, так что никакие, даже наиболее изощренные схемы действий на рынке деривативов, не помогли бы спастись от потерь. Причиной всему - некий Джон Руснак по кличке Mr. Middle America (Мистер Средняя Америка). Не находит подтверждения версия, которая гласит, что в данной ситуации снова замешана попытка спрятать предыдущие убытки, просто потому, что она не помогает найти ответ на вопрос: по какой причине не были куплены опционы? По второй версии считается, что это была попытка присвоить себе комиссию, которая была выплачена за покупку опционов брокеру. В конечном итоге, представители ирландского банка продали за $3,1 млрд. контрольный пакет региональному банку M&T Corporation из Америки, оставив у себя только 22,5%.

Убытки поменьше, дела не такие громкие.

Вот вам еще некоторые наглядные примеры скандалов вокруг деятельности трейдеров. Питер Янг, довольно эксцентричный руководитель фонда инвестиционного немецкого банка Deutsche Morgan Grenfell, в середине 90-х годов понес убытки вследствие заключения несанкционированных операций с акциями технологических корпораций, которые не прошли биржевой листинг. Другой опционный трейдер компании NatWest Capital Markest, которая являлась инвестиционным подразделением британского National Westminster Bank, по имени Кириакос Папуис, в 1997 году, на спекуляциях с деривативами претерпел убытки размером в $150 млн. А в январе 2000 года всплыло известие о том, что шведская компания Electrolux, один из крупнейших мировых производителей бытовой техники, понесла убытки в размере $11,25 млн. вследствие несанкционированных валютных сделок, совершенных одним из работников ее немецкого подразделения. А вот в Чехословацком торговом банке дилеры Богумил Черник и Богумил Стадник втайне осуществляли операции, которые составили для банка убыток, превышавший $80 млн.

Однако не всегда большие убытки являются следствием осмысленных действий трейдеров. Так, на 2% упал лондонский индекс FTSE100, когда трейдер одной из брокерских фирм вместо 30 млн. фунтов продал акций на 300 млн. Еще более забавная история произошла с Salomon Brothers, который сейчас входит в Citigroup. Трейдер этой компании в 1998 году, сам того не думая, продал государственных французских облигаций на сумму больше 800 млн. фунтов стерлингов. А причина заключается в том, что он умудрился неосторожно коснуться клавиатуры, тем самым, нажав несколько «ненужных» кнопок.

Если два последних случая было бы можно списать на неосторожность, то нашумевшие дела банков Barings, Sumitomo и AIB отнюдь не случайность. Здесь налицо отсутствие простого внутреннего контроля со стороны менеджеров вышестоящей инстанции за проводимыми операциями. Практически сразу же после разгоревшегося скандала с AIB трейдер Ник Лисон, который отсидел в тюрьме, в очередной раз высказал в адрес менеджеров среднего звена обвинение в отсутствии необходимого контроля, а также выразил свое недоумение относительно того, что спустя несколько лет после полного краха некогда прославленного банка Barings необходимые уроки по-прежнему не извлечены.

«Люди часто склонны поддаваться серьезным заблуждениям о своих собственных возможностях, полагая, что они могут одерживать победу в самых различных обстоятельствах. Подобная самоуверенность в бизнесе очень часто вознаграждается, но она становится едва ли не главной угрозой в момент, когда превращается в полную убежденность, что ты способен контролировать обстоятельства, которые не поддаются контролю, либо предугадывать события, которые в реальности являются по большей части случайностью. Как Ник Лисон, так и японец Хаманака для исследователей стали образцами так называемого наращивания обязательств; они искренне поверили в то, что способны удерживать рынки благодаря силе воли либо крупным денежным вливаниям. Опрос среди трейдеров, осуществленный авторами данного раздела демонстрирует, что такие фантазии значительно более широко распространены, нежели это принято думать. Мы выявили, что трейдеры в значительной мере подвержены так называемым заблуждениям контроля. Надо сказать также, что чем мощнее были эти заблуждения, тем менее успешным в конечном итоге оказывался трейдер», — полагают профессора Пол Вилльман и Найджел Николсон из Лондонской школы бизнеса (об этом написано в книге под названием «Управление рисками», которая была издана в 2004).