На саммите Евросоюза, который проходил в мае 1998 года, первые лица переполненных амбициями Франции и Германии, президент Ширак и канцлер Коль, с большими усилиями достигли договоренности о том, что для того, чтобы усугублять напряженность в франко-немецкой дружбе дополнительными недоразумениями, Дуйзенберг на половине пути сойдет с дистанции, а его место займет Трише. Первоначальная идея, касающаяся раздела сфер влияния, на самом деле основывалась на том, что для центрального банка Еврозоны Германия предоставляет штаб-квартиру, расположенную во Франкфурте, а Франция назначает «от себя» кандидата в председатели. Глава Банка Франции, Жан-Клод Трише, в то время был кандидатом номер один от Франции. Однако из-за вмешательства политического фактора первая попытка похода в ЕЦБ у Трише не увенчалась успехом. В 1998 году Германия, используя преимущества крупнейшей европейской экономики, настояла на том, чтобы на пост был назначен нейтральный кандидат – голландец Вим Дуйзенберг.

После своего назначения главный банкир заявил, что он добровольно разделит свой президентский срок с французом, но только после того, как евро превратиться в стопроцентную валюту. Когда в 2002 году прошло половина восьмилетнего председательства, Дуйзенберг, естественно в отставку не подал. Но на этом никто и не настаивал. Жан-Клод Трише, его предполагаемый сменщик, в это время был замешан в судебном расследовании финансовых нарушений в банке Credit Lyonnais , и поэтому ничего определенного не мог сказать о своем будущем.
Финансовая афера, которая была раскрыта в 2000 году, заключалась в следующем. Credit Lyonnais, один из крупнейших государственных банков, на протяжении 80-х годов предоставлял огромное количество кредитов. Банк, после того, как большинство из них оказались невозвратными, понес огромные убытки. Бухгалтерские отчеты отражали совсем иные, сфабрикованные данные. В середине 90-х годов старейший банк Франции, который являлся лидером на рынке потребительских кредитов, потерпел финансовое крушение, которое, по предварительным подсчетам, включая спасение и реструктуризацию, обошлось французам в 31 миллиард долларов. Во время следствия были предприняты попытки выяснить, был ли замешан ли в этих бухгалтерских махинациях Трише, который до 1993 года стал директором Казначейства, а затем занял пост председателя Банка Франции. Обвинением была выдвинута версия о том, что даже если он напрямую не был связан с фальсификацией данных, то в любом случае должен был знать о том, что данные статистики по банковским счетам Credit Lyonnais в 1992-93 годах преднамеренно искажались, а рынкам капитала предоставлялась ложная информация. В январе 2003 года судебное разбирательство сделало весьма неприятный поворот. Жана-Клода Трише оказался в числе девяти человек, которых обвиняли по делу о мошенничестве в Credit Lyonnais. Теперь на его пути в ЕЦБ возникло еще одно препятствие, на этот раз уже юридическое. Судебный приговор должны были огласить 18 июня 2003 года. В случае, если бы суд не оправдал Трише и тем самым не спас бы его репутацию, французы должны были бы искать другого кандидата в председатели ЕЦБ. С Трише ни по весу, ни по опыту не мог сравниваться никто из обвиняемых. Именно поэтому Франция до последнего отстаивала его кандидатуру. Трише судом был оправдан. Однако Вим Дуйзенберг, намеревавшийся 9 июля 2003 года, в день своего 68-летия, уйти в отставку, задержался на своем посту, преимущественно для того, чтобы передать дела.

Итак, Франция дождалась того момента, как «свой» человек оказался в кресле председателя Европейского Центробанка. Хотя значение слова «свой» в корпоративной этике международных структур очень условно, и к ЕЦБ это тоже относится. Только начав функционировать, банк отклонил просьбу Германии о том, чтобы была снижена процентная ставка по кредитам, а Вим Дуйзенберг, который стал председателем благодаря поддержке немцев, тем не менее заявил, что банк не собирается уступать Германии, тем самым подчеркнув жесткую и независимую позицию – как свою, так и Банка.

В настоящее время очень маловероятно, что господин Трише будет следовать традициям, которые заложил его предшественников, так как они абсолютно разные.

Однако они полностью единодушны в вопросе отстаивания монетарной политики ЕЦБ. Они оба считают, что главная цель их работы – это удержание в 12 странах еврозоны низкой инфляции. Также они оба считают, что экономика встала на путь выздоровления. Другое дело, какую стратегию и тактику выберет ЕЦБ в достижении этих целей.
Для руководящих кругов ЕС Вим Дуйзенберг, занимающий независимую позицию, которая зачастую была слишком самостоятельной и чересчур неуступчивой, был весьма "неудобным" председателем ЕЦБ. Однако стоит напомнить, что в 1998 году Дуйзенберг возглавил совершенно новый финансовый институт, который должен был заниматься урегулированием монетарной политики новой для того времени валюты – евро. Этот пост стал для него настоящим испытанием. Для него было весьма сложным делом заниматься соотношением влияния ЕЦБ с влиянием мощных центральных банков других европейских стран. Тем не менее, под его руководством весьма успешно прошел переход на единую европейскую валюту, несмотря на то, что в это время мировые рынки были не в самом лучшем своем состоянии.

И вполне вероятно, что период становления и развития главного европейского финансового института был бы не столь успешным, если бы первый председатель не смог бы сразу заложить принципы независимости ЕЦБ.

Однако именно прямолинейность, а также нехватка политической смекалки зачастую были причиной того, что у Дуйзенберга складывались весьма непростые отношения с брюссельскими чиновниками, европейскими лидерами и финансовыми рынками, которые с замиранием сердца ожидали его, как они считали, непредсказуемых слов и решений. А бывший глава центробанка Нидерландов, бывший профессор макроэкономики, а по совместительству заядлый игрок в гольф Вим Дуйзенберг, регулярно нарушая золотое правило банкиров Центробанков, добивался, чтобы формулировки, игнорируя традиционный стиль иносказания, были предельно ясными. Виму Дуйзенбергу, который возглавлял Центробанк Еврозоны, являющейся второй по величине экономикой в мире, однако, было очень далеко до настоящей веса, влияния и славы "финансового оракула" Алана Гринспена, председателя американской Федеральной резервной системы. Ему это было не под силу из-за своей личной замкнутости, независимости, а так же из-за того, что за его плечами не было того опыта, с помощью которого главные банкиры превращаются в мировых тяжеловесов. Новый глава ЕЦБ, Жан-Клод Трише в этом плане совсем не сопоставим голландцем. В финансовых мировых кругах это весьма известная и почитаемая личность. С одной стороны, за это можно благодарить его профессионализм, а, с другой, его личные качества.

У руководителей Центробанков должны быть следующие качества: спокойствие, уравновешенность, внимание к деталям и, главное, способность не сказать лишнего в интервью. Жан-Клод Трише вряд ли соответствует этим качествам.

Сын родителей-ученых, Трише совершенно отличается от своего предшественника. Это – яркий представитель известной французской Академии государственной службы Ecole Nationale d'Administration. Он имеет весьма значимый послужной список. Имеет отличные отношения со всей европейской политической элитой. Он считается мастером полных и корректных ответов. Известность пришла к Трише в 90-е годы, когда, невзирая на давление со стороны политических оппонентов и бизнеса, отстаивал сильный франк. Считается, что именно благодаря его усилиям, Центробанк Франции из второстепенного института превратился в один из уважаемых и влиятельных органов в мире. Также ходят слухи, что у нового председателя не менее амбициозные планы и касаемо Европейского центрального банка. Считается, что он, скорее всего, будет предпринимать попытки довести его до уровня влияния американской Федеральной резервной системы.