Обсуждение этой животрепещущей темы постоянно проходит на форумах. Она не перестает волновать трейдеров, особенно тех из них, кто только начинает торговать. Начинающим постоянно видится образ грозного и могучего представителя монстров Форекса, который постоянно охотится за стопами. Есть ли основания для подобных страхов? Чтобы понять это, нужно разобраться в устройстве рынка Форекс, уяснить суть законов, управляющих этим рынком. Понимание Форекса позволит сделать вывод, что все эти страхи беспочвенны (или почти беспочвенны).

Чтобы объяснить более или менее доходчиво устройство этой системы, используем не самый сложный вариант описания.

На рынке действуют около сотни крупных банковских учреждений, котирующих пары валют. Основная функция этих банков на этом рынке – предоставлять котировки продаж и покупок. Банки выступают здесь в качестве дилеров, покупают валюту для себя, а затем продают их другим – банкам или прочим клиентам. Торговля ведется за счет этих банков и от их лица. Банки зарабатывают на спрэде и иногда на комиссии. Этим их деятельность на рынке не ограничивается. Банки занимаются привлечением депозитов, размещением кредитов, выпуском собственных облигаций, вложением средств в бонды других и т.п. Чтобы осуществлять эти действия, банками проводятся конверсионные операции.

По причине такой многообразной деятельности банков на рынке Форекс существует множество взаимосвязей, не поддающихся оценке. Например, клиент одного из банков европейской страны, в данном случае экспортер, реализует часть своих средств в долларах за евро для уплаты внутренних налогов, другую часть он тратит на покупку фунтов, приобретая тем самым бонды Великобритании на свободные временно капиталы, а третью часть продает за йены, чтобы купить в Японии оборудование для своего предприятия. Европейский банк, купивший у этого клиента доллары, часть их размещает на депозитном счете на межбанке, другую часть использует для конвертирования в фунты, чтобы купить бонды. Спустя какое-то время клиент реализует купленные ранее бонды для того, чтобы купить йены и оплатить очередной контракт на поставку оборудования. Таким образом, отдельная операция по экспорту-импорту разветвляется на множество направлений, ветви которых начинают жить самостоятельно, образуя при этом множество связей, в которые вовлекаются все новые участники, например, валютные опционы, товарные форварды и т.п

Также на рынке есть большое количество организаций, которые занимаются операциями экспорта-импорта, а также проводят хеджинговые операции опционами и фьючерсами, инвестируют свободные капиталы в инструменты, имеющие фиксируемый доход – облигации, депозиты.

Еще одни участники рынка – трейдеры, т.е. индивидуалы или организации, которые стремятся получить прибыль, используя разницу в пространстве или изменение цены во времени.

А что касается мифа о «дяде», который охотится за стопами трейдеров, то здесь можно выделить несколько важных моментов:

1.Арбитражные операции несут в себе существенный риск. Маркет-мейкеры практически не занимаются такими операциями, т.к. они слишком рискованны, а зачем нужен лишний риск, если можно почти безопасно зарабатывать средства на простом обслуживании клиентов, выступая для них в качестве своеобразного обменника и получая свой спрэд. При превышении числа тех, кто хочет продать, над теми, кто хочет купить, маркет-мейкеры поступают просто – они опускают аски бид. Конечно, банки получают и валютные позиции, которые продают прочим маркет-мейкерам, чем понижают их котировки. Даже незначительная сумма, которая проконвертирована через маркет-мейкерскую компанию, может повлечь за собой длинную цепь, состоящую из перераспределений, чем вызывается перелимит позиций сначала одного банка, который начинает продавать свою валюту следующему банку, затем еще одного и так далее. Такие цепные перераспределения могут привести к возникновению беспорядочных колебаний и сильному движению рынка.

2.Для того, чтобы охотиться за стопами и затем возвращаться к начальному уровню, маркет-мейкер по меньшей мере должен знать, где сосредоточены стопы трейдеров или же стоп одного из крупных клиентов иного банка. Дилеры банков могут быть очень опытными, чтобы догадываться о месте нахождения стопов, но им не могут быть известны их реальные размеры. Стоп для лонгов по сути является шортом. Например, у банка появляется риск трудности или невозможности возврата курса в начальное состояние в том случае, когда стопы, и, не исключено, что и реализации некого набора рыночных ордеров, будут сорваны. Значит, срыв данных стопов и ордеров возможен только тогда, когда банк рассчитывает заработать на том, что в результате срыва продолжится движение, а не на том, что банк получит возможность более дешевой покупки после того, как будут сорваны стопы. Возврат рынка в начальное состояние сложен еще и потому, что банк – всего лишь один из сотен маркет-мейкеров и не может знать об интересах других, также как и те другие не могут знать о его интересах. Срывать стопы для того, чтобы продолжилось движение, также опасно, т.к. в месте нахождения стопов могут находиться и лимиты, т.е. ордера, выставленные против движения в текущем периоде.

3.Чтобы рынок двинулся вниз, нужно, чтобы продажи шли все дешевле. И наоборот, чтобы движение рынка пошло вверх, нужно, чтобы покупки шли все дороже. Не существует никаких гарантий, что средний показатель цены продаж все время будет превышать средний показатель цены покупок. Все может быть иначе и находится в прямой зависимости от свойств рынка и показателя его «толстости» на том диапазоне, где курс продвигает банк. Изменение свойств происходит ежесекундно в зависимости от множества факторов, которые также постоянно меняются.

4.Охотиться за стопами значимых клиентов других маркет-мейкерских компаний также не реально. Маркет-мейкеру вряд ли известно место расположения стопов чужих клиентов. Эта информация всегда скрыта и не подлежит разглашению в среде конкурирующих компаний. И еще – нередко стопы не сидят у дилера в системе напоминания, а держаться клиентами у себя в голове.

5.Охотиться за стопами собственных клиентов – занятие тоже маловероятное. Если случиться хотя бы единственная утечка данных, банк попадает в «черный список» и рискует тут же обанкротиться, учитывая высокую конкуренцию сегодняшнего дня.

Итак, вывод совершенно понятен – нет «большого и злого дяди», охотящегося за стопами, а если такая охота и возникает - то очень и очень редко.